Статья 828 ГК РФ. Недействительность запрета уступки денежного требования

Ст 828 ГК РФ с комментариями и изменениями 2018-2019 года.

1. Уступка финансовому агенту денежного требования является действительной, даже если между клиентом и его должником либо между клиентом и лицом, уступившим ему право требования, существует соглашение о ее запрете или ограничении.

2. Положение, установленное пунктом 1 настоящей статьи, не освобождает клиента от обязательств или ответственности перед должником или другой стороной в связи с уступкой требования в нарушение существующего между ними соглашения о ее запрете или ограничении.

Комментарий к статье 828 ГК РФ:

1. Пункт 1 коммент. ст. объявляет действительной уступку денежного требования финансовому агенту даже в тех случаях, когда такая уступка запрещена или ограничена соглашением между клиентом и должником. Коммент. норма хотя и расходится с правилами общегражданской цессии (ст. 382 ГК), однако полностью соответствует подходу, содержащемуся в ст. 6 (1) Конвенции о факторинге, ст. 9 (1) Конвенции ООН об уступке и ст. 9.1.9 (1) Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА.

Подобное положение разумно, поскольку облегчает процедуру уступки и сокращает расходы сторон на совершение этой сделки.

2. Закрепляя безусловную возможность уступки любого денежного требования, законодатель одновременно устанавливает правила, защищающие интересы должника. Пункт 2 коммент. ст. предусматривает, что уступка клиентом требования в обход запрета (ограничения), установленного соглашением должника с клиентом, не освобождает последнего от ответственности перед должником за нарушение данного договорного условия. Тем самым закон нивелирует для должника отрицательные последствия, являющиеся результатом уступки денежного требования финансовому агенту.

3. Анализ п. 2 коммент. ст. показывает, что за должником сохраняются все способы защиты, предусмотренные первоначальным договором на случай нарушения кредитором запрета (ограничения) на уступку требования.

Такой подход в целом соответствует задаче обеспечения разумного баланса интересов должника и цессионария. Однако, выдерживая этот принцип до конца, законодателю следовало бы ограничить использование должником таких вариантов защиты, которые позволили бы ему в одностороннем порядке прекратить первоначальный договор (например, путем отказа от его исполнения) или изменить его содержание. По аналогии с регулированием этого вопроса в ст. 9 (2) Конвенции ООН об уступке, ГК следовало бы объявить недействительными подобные положения первоначального договора.