Статья 1022 ГК РФ. Ответственность доверительного управляющего

Ст 1022 ГК РФ с комментариями и изменениями 2018-2019 года.

1. Доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или учредителя управления, возмещает выгодоприобретателю упущенную выгоду за время доверительного управления имуществом, а учредителю управления убытки, причиненные утратой или повреждением имущества, с учетом его естественного износа, а также упущенную выгоду.

Доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления.

2. Обязательства по сделке, совершенной доверительным управляющим с превышением предоставленных ему полномочий или с нарушением установленных для него ограничений, несет доверительный управляющий лично. Если участвующие в сделке третьи лица не знали и не должны были знать о превышении полномочий или об установленных ограничениях, возникшие обязательства подлежат исполнению в порядке, установленном пунктом 3 настоящей статьи. Учредитель управления может в этом случае потребовать от доверительного управляющего возмещения понесенных им убытков.

3. Долги по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, погашаются за счет этого имущества. В случае недостаточности этого имущества взыскание может быть обращено на имущество доверительного управляющего, а при недостаточности и его имущества на имущество учредителя управления, не переданное в доверительное управление.

4. Договор доверительного управления имуществом может предусматривать предоставление доверительным управляющим залога в обеспечение возмещения убытков, которые могут быть причинены учредителю управления или выгодоприобретателю ненадлежащим исполнением договора доверительного управления.

Комментарий к статье 1022 ГК РФ:

1. Содержание коммент. ст. несколько шире ее наименования. В ней речь идет в основном об ответственности доверительного управляющего, но помимо этого затрагивается и вопрос об ответственности учредителя управления по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением.

2. Ответственность перед третьими лицами по обязательствам, связанным с имуществом, переданным в доверительное управление, распределяется между учредителем управления и доверительным управляющим в зависимости от целого ряда обстоятельств. В отношении долгов по обязательствам, которые возникли в связи с доверительным управлением имуществом, установлены своего рода три очереди привлечения к ответственности:

1) все долги по таким обязательствам погашаются за счет имущества, переданного в доверительное управление, поскольку именно это имущество перед третьими лицами выступает основой для отдельной, самостоятельной правосубъектности (строго говоря, в данном случае речь идет не об ответственности, а об исполнении обязательства);

2) при недостаточности имущества, находящегося в доверительном управлении, взыскание обращается на имущество, принадлежащее доверительному управляющему (в данном случае речь идет уже именно об ответственности, которая наступает как результат ненадлежащего исполнения обязательств);

3) при недостаточности имущества доверительного управляющего взыскание обращается на то имущество учредителя, которое не было передано в доверительное управление (в этой ситуации подразумевается субсидиарная ответственность учредителя, наступление которой допустимо только при условии, что имущества доверительного управляющего недостаточно для удовлетворения претензий кредиторов).

3. Законодательная формулировка об ответственности доверительного управляющего (п. 1 ст. 1022 ГК) изложена неудачно. Действительно, согласно абз. 1 упомянутой статьи доверительный управляющий отвечает перед выгодоприобретателем или учредителем, если он не проявил должной заботливости об их интересах. В то же время согласно абз. 2 этой же статьи ответственность доверительного управляющего за причиненные убытки наступает, если он не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или учредителя управления. Таким образом, упомянутое первым законоположение предполагает ответственность доверительного управляющего на началах вины, в то время как второе - на началах риска.

КП: примечание.

Монография Л.Ю. Михеевой "Доверительное управление имуществом. Комментарий законодательства" включена в информационный банк.

Отмеченное противоречие, содержащееся в приведенной норме, спровоцировало острую дискуссию относительно принципов ответственности доверительного управляющего перед учредителем управления и бенефициаром (см., например: Михеева Л.Ю. Доверительное управление имуществом. М., 1999. С. 145 - 148; Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. М., 2001. С. 639 - 640; Витрянский В.В. Договор доверительного управления имуществом. М., 2002. С. 126 - 131; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2003. С. 849 - 851 (автор комментария - Н.Д. Егоров); Пьяных Е.С. Доверительное управление имуществом, по основаниям, предусмотренным законом. М., 2007. С. 143 - 145).

Решение этой коллизии видится следующим образом. По общему правилу деятельность доверительного управляющего отнесена к предпринимательской деятельности. Следовательно, согласно п. 3 ст. 401 ГК ответственность доверительного управляющего, который является индивидуальным предпринимателем или коммерческой организацией, строится на началах риска, т.е. наступает независимо от вины. Если же деятельность по доверительному управлению осуществляется лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем или коммерческой организацией, то в силу п. 1 ст. 401 ГК его ответственность строится на началах вины.

4. Законодатель дифференцированно подходит к ответственности доверительного управляющего перед учредителем управления, с одной стороны, и перед бенефициаром, с другой стороны. Так, согласно п. 1 коммент. ст. на доверительного управляющего возложена обязанность возместить учредителю управления убытки, причиненные утратой или повреждением имущества (с учетом его естественного износа). Сюда включаются как реальный ущерб, понесенный учредителем управления, так и упущенная выгода (ст. 15 ГК). В то же время ответственность доверительного управляющего перед бенефициаром ограничена только упущенной выгодой. Такая разница в регулировании обусловлена тем, что выгодоприобретатель, не будучи собственником имущества, переданного в доверительное управление, не может нести убытки, связанные с его утратой или повреждением.

5. Особая ответственность установлена для случаев, когда доверительный управляющий, совершая сделку, действовал с превышением полномочий или с нарушением установленных для него ограничений. Обязательства по такой сделке доверяющий управляющий несет лично. Равным образом наступает и личная ответственность доверительного управляющего за неисполнение указанных обязательств. Однако такое распределение ответственности возможно только в тех случаях, когда третьи лица, участвующие в сделке, знали или должны были знать о том, что доверительный управляющий превысил полномочия или нарушил установленные ограничения.

6. Иной случай - когда третьи лица, участвующие в сделке, не знали и не должны были знать о том, что доверительный управляющий превышает предоставленные ему полномочия либо нарушает установленные ограничения. Эти третьи лица являются добросовестными участниками оборота, и законодатель не может игнорировать их права и интересы. В этом случае обязательства перед третьими лицами удовлетворяются прежде всего за счет имущества, переданного в доверительное управление; при недостаточности этого имущества - за счет имущества доверительного управляющего, а и при его недостаточности - за счет того имущества учредителя, которое не передано в доверительное управление. Впрочем, такой порядок не лишает учредителя управления права потребовать от доверительного управляющего возмещения понесенных им убытков.